«Врачи говорили: «Ваша дочь уже не человек, а живая кукла. Смиритесь»

Вопреки неутешительным прогнозам 28-летняя Юлия Павлюковская — сотрудница МВД, мать двоих детей — очнулась после 30-дневной комы и сейчас стремится встать на ноги
Автор: Инна Айзенберг, fakty.ua Опубликовано: 14 января 2014, 15:10 2843

«Дорогой Дедушка Мороз!

Наша мама серьезно заболела, и ей очень нужно здоровье. Папа сказал: оно есть в реабилитационном центре. Подари ей, пожалуйста, туда путевку. Мы с братом хотим, чтобы мама опять была рядом, играла с нами и готовила наши любимые торты, которые пахнут на всю квартиру».

Это письмо девятилетний Егор положил себе под подушку еще до Нового года. Мальчик и его четырехлетний брат искренне надеются: их желание скоро исполнится, и мама, которая уже почти год переезжает из одной больницы в другую, вернется домой.

До болезни мама учила меня играть в домино. Я жду, когда она выздоровеет, и мы снова сыграем вместе", — говорит девятилетний Егор. На фото Юлия с мужем и детьми

«У Юли начался отек гортани. Она кричала: «Нечем дышать. Спасите!»

В марте этого года Юлии Павлюковской из Орджоникидзе Днепропетровской области исполнилось 28 лет. Готовясь к празднику, женщина нарезала салаты, запекла мясо и заготовила коржи для торта «Рыжик». Но, к сожалению, попробовать блюда гости так и не смогли. Юля попала в больницу с анафилактическим шоком, вызванным приемом антибиотика. В клинике женщина пережила клиническую смерть и на 30 (!) дней впала в кому. А однажды врачи сказали родным Юли: «Она уже не человек, а живая кукла. Смиритесь». Но даже после таких слов родители и муж Юлии не опустили руки. Они продолжали с ней разговаривать, показывали старые фотографии, делали ей массаж. Случилось чудо: женщина пришла в себя и вспомнила все, что происходило с ней до болезни, узнала родных и детей. Сейчас Юлия вместе с мамой находится в реабилитационном центре под Черниговом. И хотя ее речь все еще немного затруднена, женщина пытается говорить, уже двигает ногами и руками.

— Юля младше меня на семь лет, — говорит ее сестра 35-летняя Лилия. — Я всегда гордилась сестрой: красивая, успешная, работала следователем в МВД, занималась фитнесом. Ее дети и муж всегда накормлены, красиво одеты. В доме — порядок и уют. Юля везде успевала. Незадолго до случившегося она пожаловалась на слабость, плохое самочувствие, повышенную температуру. Чтобы избавиться от симптомов, сделала себе укол антибиотика, который принимала два года назад по назначению врача. Но в этот раз препарат вызвал сильнейшую аллергическую реакцию, Юля начала задыхаться. Тогда выпила противоаллергический препарат. Юлин супруг Петя, который находился рядом с ней, сразу позвонил нашей маме, и она приехала к ним.

— Юля не могла сделать вдох, жаловалась на сильные головные боли, — вспоминает мама Юлии Валентина Петровна. — На машине мы сразу же поехали в клинику. Дочка разговаривала с нами в дороге, самостоятельно дошла до больницы, а через полчаса у нее… остановилось сердце. Сейчас я уже знаю: у Юли начался отек гортани и легких. Она кричала: «Очень болит голова. Нечем дышать. Спасите, у меня двое деток». В таком случае больному проводят интубацию трахеи (водится специальная трубка — трахеостома, позволяющая пациенту дышать. — Авт.). Но была суббота, и опытных врачей на месте не оказалось. А молодой доктор этого не сделала. Стоя в коридоре, я стала обзванивать всех знакомых, которые помогли бы связаться с руководством клиники. И только тогда в больницу приехали заведующая и другие врачи. Но к тому времени у дочери уже остановилось сердце. 70 (!) минут врачи качали сердце вручную и запустили его. Однако Юля впала в кому.

— Какой диагноз ей поставили?

— Анафилактическая реакция на принятый антибиотик. Во время остановки сердца произошла гипоксия (кислородное голодание) мозга и наступило вегетативное состояние. Врачи были уверены: дочка из него уже не выйдет. Но мы продолжали верить. Однажды, когда Юля находилась в Днепропетровской об­ластной больнице и была полностью обвешена трубками, я не сдержала слез, взяла ее за руку и стала умолять: «Доченька, борись! Мы рядом, мы поможем». Тогда по щекам Юлечки потекли слезы. Для нас это был знак: она жива. Я принесла в больницу детские фотографии дочерей, снимки детей Юли, рассказывала смешные семейные истории, включала видеозаписи на телефоне. Однажды дочь открыла глаза.

«Сыновьям я говорю:"Мама болеет, но с каждым днем становится здоровее»

— В день, когда мы познакомились, Юля была с длинными белыми волосами, в спортивном костюме, — вспоминает супруг женщины Петр Павлюковский. — Я обратил внимание на ее голубые глаза. Сейчас говорю жене, как сильно ее люблю, рассказываю о наших сыновьях. Я подробно изучил, что такое вегетативное состояние. В любом неврологическом справочнике написано: «С такими больными необходимо работать». Мы это делаем. Первое время пытались реабилитировать Юлю самостоятельно. Например, ее мама Валентина Петровна выписывала на бумажку специальные упражнения и с утра до вечера прямо в реанимации выполняла их с Юлей. Теща показывала ей картонки разных цветов, добавляя: «Это красный — твой любимый, а это — белый. Платье такого цвета надевают на свадьбу». Но позже мы поняли, что нужна серьезная реабилитация. Тогда все наши родственники, соседи, друзья, сотрудники помогли оплатить лечение в киевской клинике, куда Юлю доставили на реанимобиле. Уже через неделю ежедневной работы у жены появился результат. Однажды во время массажа она еле слышно сказала: «Больно». За пять месяцев Юля прошла лечение в трех клиниках. В киевской клинической больнице №?17 профессор Мамед Багиров провел ей сложнейшую операцию на трахее. И только после этого вмешательства жена наконец смогла дышать самостоятельно.

— Что вы отвечаете сыновьям, когда они спрашивают: «Где мама?»?

— Говорю: «Мама болеет, но с каждым днем становится здоровее». Конечно, дети очень скучают за Юлей. В этом учебном году наш старший сын Егор пошел в четвертый класс. Когда вечером первого сентября мы ели торт, он спросил: «А к последнему звонку мама уже выздоровеет?» В такие моменты я не знаю, что говорить. Недавно мы навещали Юлю в реабилитационном центре под Черниговом, где жили неделю. Просыпаясь, дети сразу же бежали к маме, залезали к ней на кровать, целовали ее, обнимали. И только когда к Юле приходил врач, выходили из палаты. За эти дни Егор написал стих: «Мамо, мамочко, матусю! Я до тебе пригорнуся, поцiлую, обнiму, свою мамочку рiдну». Когда он читал эти слова, Юля плакала и шептала: «Люблю». Врачи говорят, что после нашего приезда у Юли будто открылось второе дыхание, она стала усерднее заниматься. Под наблюдением врачей уже переворачивается с одного бока на другой, сгибает ногу в колене. Я знаю свою жену: она добивается успеха в любом деле, за которое берется. Юля окончила Одесскую юридическую академию, была хорошим следователем. Она любящая мама, потрясающая супруга. У нее обязательно будет результат.

Врачи реабилитационного центра, где сейчас находится женщина, тоже отмечают положительную динамику.

— Насколько сильно поражен мозг Юлии? — интересуюсь у руководителя частного реабилитационного центра «Витал» Александра Глинского.

— Когда Юлю привезли к нам, в ее медицинской карте было записано: «Вегетативное состояние с редкими признаками сознания». То есть из-за прекращения мозгового кровоснабжения и гипоксии наступило критическое поражение значительных участков головного мозга. Тем удивительнее, что сегодня Юля идет на контакт. Когда рассказываешь ей анекдот, она смеется, пытается говорить, немного приподнимает голову. Женщина правильно оценивает свое состояние и выполняет все наши рекомендации.

Признаться, когда я впервые увидел выписки из предыдущих клиник, был уверен: помочь в Украине Юлии нереально. Взялись за работу с ней из-за настойчивости ее родных. Мама и сестра женщины постоянно твердили: «Давайте попробуем». Оказалось, Юля такой же боец, как и ее родные. Поражение мозга в результате гипоксии намного серьезнее, чем после черепно-мозговой травмы. Однако Юля успешно борется с недугом. Это один из наиболее тяжелых случаев в моей практике, но в то же время я не видел пациента, который бы так стремился жить. Это очень важно для выздоровления.

— Каждый день, кроме воскресенья, мы занимаемся с Юлей по шесть часов в день, и за все эти месяцы она ни разу не попросила сделать перерыв, хотя некоторые упражнения очень болезненны, — говорит невролог Наталья Косовец. — Еще два месяца назад женщина была практически обездвижена. При помощи вертикализатора (устройство, помогающее больному находиться в вертикальном положении. — Авт.) Юля учится стоять. Мы начинали с двух минут каждый день. Сейчас она уже с минимальной поддержкой может простоять десять минут. Позвоночник после длительного лежания должен постепенно привыкать к вертикальному положению. Наша задача — сделать все, чтобы жизнь Юли была как можно более полноценной.

«Ирина Билык перечислила на счет сестры сто тысяч гривен»

— В одном из медицинских учебников я прочитала: вернуть человека к прежней жизни помогут эмоции, с которыми он сталкивался раньше, — говорит Лилия. — Мы с Юлей всегда любили творчество Ирины Билык. Песня «Я никогда не устану ждать», записанная на магнитофон, практически каждый день звучит в Юлиной палате, а сестра подпевает певице. Недавно Юлину историю рассказывали в передаче «Стосується кожного» на телеканале «Интер». Когда эпизод, где Юля поет, показали в студии, зал взорвался аплодисментами. А приглашенная Ирина Билык настолько растрогалась, что перечислила на счет сестры сто тысяч гривен. Сейчас нам эти деньги очень нужны, ведь у Юли наконец наметился прогресс и лечение прерывать нельзя. За десять месяцев болезни мы потратили более трехсот тысяч гривен. Деньги собирали все жители нашего городка. А после телепередачи нас поддержали даже незнакомые люди. Наша мама регулярно молится за благополучие тех, кто в такое непростое время отрывает деньги от своих семей и передает их на лечение Юли. Когда рассказываем об этих людях сестре, она шепчет: «Спасибо». Сбор средств на лечение Юли также проходит на Украинской бирже благотворительности https://www.ubb.org.ua/ru/project/725/.

— Какое лечение Юлии предстоит в дальнейшем?

— В России существуют эффективные методики. Недавно в Украину, чтобы осмотреть Юлю, прилетал специалист из Воронежа. Он ждет нас у себя в клинике. Курс реабилитации стоит приблизительно 40 тысяч гривен. Но для дальнейшего лечения, которое, мы надеемся, будут проводить врачи Института мозга в Санкт-Петербурге, нам не обойтись без посторонней помощи.

История болезни Юлии очень поучительная. Какие анализы нужно делать перед введением антибиотика или анестезией? Что такое анафилактический шок? Какая помощь нужна пострадавшему? С этими вопросами мы обратились к заведующей кафедрой клинической, лабораторной иммунологии и аллергологии Национальной медицинской академии последипломного образования имени П. Л. Шупика доктору медицинских наук, профессору Ларисе Кузнецовой.

— Анафилактический шок — молниеносная токсико-аллергическая реакция организма на вводимый препарат, укус насекомого или змеи, — говорит Лариса Владимировна. — Это крайне тяжелое состояние, при котором резко понижается артериальное давление. Повысить его и спасти человеку жизнь может только укол адреналина, который должен сделать врач как можно раньше. Очень часто счет идет не на минуты, а на секунды. Иначе у пациента может развиться сердечная и почечная недостаточность. Мне известны случаи, когда пациенты умирали через несколько минут после внутривенного введения антибиотика или обезболивающего препарата, хотя до этого проблем со здоровьем не имели.

Выяснить, есть у человека аллергия или нет, можно при помощи молекулярного анализа крови (фадиатоп). В случае положительного результата нужно сделать дополнительный анализ, который подскажет, на какие именно белки аллергия. Недавно у меня был пациент, которому перед удалением зуба стоматолог назначил такой анализ. Врач будет знать, какое обезболивающее подходит этому пациенту, а какое — нет.

— Лариса Владимировна, но ведь героиня нашей публикации уже принимала этот антибиотик два года назад, и все было нормально…

— Мне сложно комментировать данный случай, поскольку я с ним не знакома. Но за эти два года женщина могла перенести простудные, вирусные, инфекционные заболевания, из-за чего произошли изменения в иммунной системе. Кроме того, анафилактический шок, как правило, возникает после повторного приема препарата. Первый раз организм только знакомится с чужеродным веществом и запоминает его, а во второй уже начинает с ним бороться. Такое может произойти и через два года, и через пять лет. Это одна из причин, по которой врачи выступают против самолечения. Назначать медикамент, тем более сильнодействующий, может только врач.

P. S. Вчера Юлия с мамой и сестрой Лилией уехала в Воронеж, где начнет лечение. Желающие помочь Юле материально, а также подсказать ее родным методики, позволяющие лечить таких пациентов, могут связаться с ее супругом Петром по телефону: (097) 885?18?52.

В реабилитационном центре Юлю навещали супруг, сыновья и племянница. С каждым днем успехи женщины все очевиднее, и родные верят: она обязательно выздоровеет

Фото из семейного альбома


Хелпус - шанс для тех, кто уже не ребёнок

Детям легче получить помощь, но оказаться в беде может каждый. Хелпус сообщает обществу о тех, кто попал в беду, независимо от возраста.
Мы тщательно проверяем просьбы, защищаем жертвователей от мошенничества и даем возможность эффективно помогать наиболее нуждающимся.